Конец прекрасной эпохи онлайн

  1. Главная
  2. Конец прекрасной эпохи
Конец прекрасной эпохи
Молодому журналисту и писателю Андрею Лентулову, известному прямотой своих взглядов, свободой мысли и дерзостью суждений, предлагают переехать из Питера в Таллин, чтобы работать в местной газете. Там Андрей с головой уходит в полный противоречий роман с редактором Мариной, бесконечные случайные связи, но, что самое главное — яростное сопротивление системе. Какой была борьба бунтаря, любимца женщин и «самого аморального сотрудника» против жесточайшей цензуры, слежки и ханжества, и кто в ней победил?. Станислав Говорухин — Российский кинорежиссер, приверженец старой школы кинематографа, человек на чьих фильмах взращивались поколения. Работы Говорухина классический пример того, как надо снимать кино. Однако это вовсе не приторные академические фильмы, начищенные до блеска. Работы Говорухина являются призывом, каждое творение автора заставляет нас задуматься над какими-либо проблемами современного общества и политического устройства страны в целом. Согласитесь, кино должно оставлять после себя мысль, послевкусие, которое остается надолго. Именно такое кино снимает Станислав Говорухин.

В 2015 году режиссер презентует свой новый фильм, основанный на сборнике новелл «Компромисс», за авторством талантливейшего автора Сергея Донатовича Довлатова. Не солгу, если скажу, что являюсь почитателем творчества данного писателя, не столько из-за его судьбы, сколько за непередаваемый авторский стиль письма. Довлатов не пишет, он рассказывает истории из жизни, приукрашенные, пыльные, но по своему родные каждому жителю нашей огромной страны. И пускай с годами они потеряли колкость и актуальность, перечитывать едкие, зачастую юмористические афоризмы — одно удовольствие.

«Компромисс» — собрание новелл, которые основаны на опыте работы Сергея Довлатова в газете «Советская Эстония». Ироничные истории из жизни одного журналиста, именно так можно охарактеризовать данный сборник.

Картина «Конец прекрасной эпохи», чуть более чем полностью строит свое повествование опираясь на первоисточник. Не сворачивая с колеи намеченной Довлатовым в восьмидесятых, книга прекрасно переносит книжный шарм произведения на экран. И пускай ты знаешь реплики героев, тебе интересна сама подача материала. Как актер сыграет здесь, как преподнесет свою забавную реплику в этом моменте и так далее.

Режиссер проделал огромную работу над воссозданием той самой атмосферы, которую передавал Сергей Донатович в своих произведениях. Наивный словно слепой котенок, но уверенно двигающийся к «светлому социалистическому будущему» коммунизм. Тогда и люди были чище, а моральные нормы гораздо выше, нежели сейчас.

Очаровательный, стильный и по-настоящему живой фильм. Триумфальное возвращение Станислава Говорухина на экраны, которое найдет отклик в сердцах тех, кто все-таки решится ознакомиться с картиной. Поверьте, вы не пожалеете.

«Бескорыстное враньё — это не ложь, это поэзия.»

Посвящается памяти Сергея Довлатова.

8 из 10
. Посмотрел премьеру на ТВ последнего фильма Станислава Говорухина «Конец прекрасной эпохи». Я не профессиональный кинокритик — я обычный человек из той «прекрасной эпохи». Возможно, это не самый лучший фильм Говорухина или не самая удачная экранизация по мотивам произведений Сергея Довлатова, хотя их всего-то ничего.

Но в ту ночь это был наверняка самый честный фильм по сравнению со всем тем киновраньем, которое, обычно, идет косяком на других наших телеканалах в это позднее время. Правда, боюсь что большинству телезрителей, даже кому под сорок, этот фильм малопонятен и для них он как причудливое ретро про жизнь, которую они не вкусили.

Уже давно поймал себя на мысли, что всю прелесть прозы Довлатова, и его самого близкого литературного собрата Венечки Ерофеева, может почувствовать лишь читатель из того времени, человек из той, уже минувшей пустоты… из той самой «прекрасной эпохи». Наверное, такая же история происходит и с современным кинозрителем, поэтому в кинопрокате этот фильм прошел почти незаметно.

По моим личным ощущениям эта «прекрасная эпоха» пришла к нам с Победой в мае 1945 года и продолжалась два добрых десятка лет до 1965 года… Это было непростое, тяжелое и противоречивое время, но в ту эпоху вера, надежда и любовь были, как говорят, едины в душах большинства наших людей. Но вера и надежда потихоньку таяли, хотя любовь, пока человек жив, бессмертна во всех своих проявлениях… На смену пришла затхлая и неряшливо закамуфлированная пустота позднего советского периода, когда большинству всё уже обрыдло… И люди, кто осознанно, кто-то ни очень, а кто-то даже не заметив этого вовсе, вступили и вступали в компромисс с этой пустотой. Чем это завершилось четверть века назад, мы прекрасно знаем.

Сергей Довлатов устал от компромиссов… Он уехал из СССР в 1978 году, не дожил и не увидел его распада. Однако рискну предположить, что он не желал этого увидеть и для него то время, наверное, было прекрасной эпохой, хотя бы потому, что он был тогда молодым — верил, надеялся и любил.
. Проза Довлатова — особенный деликатес. Его сатира в сочетании с трагикомичностью дают непредвиденный эффект, какой можно очень редко видеть на страницах произведений других писателей. Что там редко — почти никогда. Острота языка и слога, чертовски привлекательные в «несвятости» и некой животрепещущей карикатурности персонажи, нестандартные ситуации и очень глубокие, точные, жизненные выводы… Идея экранизировать «Компромисс» (пусть даже по мотивам) — рискованный трюк. И мой гнусный язык всё-таки повернётся сказать, что Станислав Говорухин… проиграл. Пытался быть чутким, пытался сделать правильно, но потерпел поражение, потому что проза Довлатова по праву считается неэкранизируемой. Её легко представить у себя в голове, но чтобы сыграть и передать атмосферу — тут одним маститым именем и положением в кинематографе не обойтись.

В «Конце прекрасной эпохи» есть прекрасный плюс: уважительное отношение к самой эпохе. Здесь режиссёру можно отдать честь, опустив тот простой факт, что, в силу возраста, он как-то слишком проникся ностальгией, предпочтя прикрыться ею, как спасительной ширмой. Кадры хроники, костюмы и реквизит, типажные актёры… Дебютанты так не умеют. Дебютантам не хватит средств из госбюджета. Поэтому есть в фильме своя непобедимая частичка ностальгической души. Но давайте смотреть правде в глаза: какой бы величины ни была частичка, она, тем не менее, вполне способна сгореть в костре ошибок и недочётов.

Прежде, чем приступить к сути, я поступлю банально. Выскажусь о героях. Среди них был единственный образ, который попал точно в цель и даже чуть превзошёл ожидания — это Туронок. Глава газеты получился на редкость изумительным и запоминающимся. Сам Довлатов, ставший неожиданно Ленкуловым (хозяин — барин!), представлялся мне совсем иначе: грузным, щетинистым, ленивым, но источающим из всех щелей непоколебимую правду-матку мужиком, вместе с тем любящим поддать, но периодически не теряющим зерно ответственности. Творческим — без печатания на машинке или других заезженных приёмов. Здесь же перед нами — повзрослевший парень, этакий красавчик с лёгким, но не легкомысленным отношением к жизни, являющийся в истории вовсе не ключевой фигурой, меняющей у зрителя восприятие реальности в свою сторону, а лишь частью общей мозаики — и то, простите, не самой яркой. Обидно. Ещё обиднее выглядят коллеги красавчика, не подходящие ему ни по возрасту, ни по характеру, ни по «химии». Им бы с Туронком тусоваться, будь тот статусом ниже, а нравом — мягче. Плюс Ходченкова. Обычная Светлана Ходченкова, ровно такая же, как везде и всегда, только при этом не раздражающая в силу редкого появления на экране и очаровательной блёклости самого персонажа. Остальные — в разной степени скорее
, чем хороши. Хотя особых претензий к ним нет.

Вышеперечисленные личности населяют вселенную фильма, пытаясь с помощью заученных текстов контактировать друг с другом, но им никогда не удастся создать контакт с самим зрителем настолько профессионально, как получилось когда-то у Довлатова. Ой, перестаньте. Сейчас начнётся: «Не сравнивай ты книгу с фильмом, книга всегда лучше, а попробуй сам сними». Вот в чем казус, товарищи. Возвращаясь к началу рецензии, повторюсь — 
И всё же, будь Говорухин менее уставшим от кино, менее подавляемым тяжестью груза времени, менее ностальгирующим — он смог бы найти выход, сделать своё творение пусть другим, пусть своеобразным, но достаточно интересным для просмотра. Взять за основу сборник журналистских баек, связать их в одну цельную историю, подать её красиво — безусловно, это требует мастерства. А «Конец прекрасной эпохи», вопреки любому мастерству, получился слишком скучным, серым и коротким.

Не хочется рассуждать, почему так произошло. Маститые режиссёры не могут быть всегда совершенны в творчестве. Рано или поздно наступает срок, когда свежесть взгляда куда-то улетучивается, а создание фильма превращается в поклонение исключительно режиссёрским интересам. Как в «Снайпере» Клинта Иствуда, когда американский патриотизм в кадре совершенно перекрыл суть самой истории, начав кричать на зрителя: «Смотри, сколь сердечно старина Иствуд любит Америку и её героев! Ты никогда не сможешь ТАК её любить!». Здесь аналогичный случай. Только вместо американского патриотизма — оплот воспоминаний человека, жившего в СССР и не желающего снимать в данную минуту про нечто современное. «Конец прекрасной эпохи» в связи с подобным подходом представляется не как полноценная экранизация, а словно экзаменационный пересказ с добавлением небольшой «отсебятины», именуемой «режиссёрским видением». Проходили, видали, знаем.

Хорошо, предположим, есть шанс отгородиться от Довлатова и взять фильм за шкирку, как котёнка, рассмотреть поближе, прочувствовать подробнее. Могут ли в полной степени понравиться конкретный сюжет и конкретная его постановка? Кому-то могут, не отрицаю. Определённой категории зрителей. Но лично мне не хватило экспрессии, способной превратить фильм в увлекательный рассказ о том, что не должно уйти из внимания. Я не прошу чего-то сверхъестественного — лишь хорошую, цельную, самостоятельную историю, способную на полтора часа наградить либо радостью, либо печалью, либо всем понемногу. Но не скукой. К сожалению, в «Конце…» скука выступает таким ярким связующим звеном между эпизодами, что подобного нельзя не заметить. И если, выражаясь метафорично, «Конец…» с бодрым рвением как следует растрясти, из него кубарем повыпадают куски довлатовской гениальности — вот они, сценки, которые были ещё в «Компромиссе» и тогда, при прочтении, не оставили равнодушным. А вот оставшаяся без кусков «довлатовщины» говорухинская «простыня», вышеупомянутая спасительная ширма ностальгии, которая на самом деле ничего не спасает, а лишь лениво прикрывает неспособность режиссёра снимать так же сильно, как раньше.

4 из 10
. В кинотеатрах появилась новая картина Станислава Говорухина. Давайте разберемся, насколько удачной вышла экранизация повести Сергея Довлатова «Компромисс».
мэтру российского кино Станиславу Говорухину прекрасно удалось передать атмосферу «той самой» эпохи. Украшая кадр атрибутами того времени, автор переносит своего зрителя в далекий 1969 год.
. Полагаю, немалую роль в формировании такого ощущения сыграла
. Во время просмотра она остается на периферии вашего сознания, незаметно передавая вам настроение каждой сцены.

История посвящена скорее не герою, но миру, окружающему его. Каждый из эпизодов картины демонстрирует нелепое ханжество того времени. Отличные диалоги хочется тут же разобрать на цитаты.
. Здесь богатый контраст юмора: от комичных ситуаций до колких замечаний героев картины.
. Каждый кадр выстроен таким образом, что важные детали окажутся в центре вашего внимания. Впервые я заметил этот прием, когда в кабинет героя вошла девушка в короткой юбке. Камера стояла на уровне ее ног. Никто не смог бы проигнорировать ее появление.
.

Всенародно любимые, и уже родные
,
и 
поднимут вам настроение.
.
, исполнивший главную роль, ни в чем не уступает своим матерым коллегам по цеху.
: этот фильм демонстрируется исключительно в черно-белом формате. Должен заметить, что для современного зрителя подобный подход может быть отталкивающим.
«Конец прекрасной эпохи» — отличная комедия, которую стоит запомнить. Среди бессмыслицы и бреда отечественного юмора, она стоит особняком. Картина ощущается так же легко и непринужденно, как и советские классические комедии.

9 из 10
. Редко экранизируют произведения Довлатова. Все в них есть: честный взгляд на человека и время и яркие герои, юмор и естественность. Но нет, не можется, или не хочется режиссерам браться за этот пласт. Две предыдущие попытки полноценными назвать нельзя — в «Комедии строго режима» лишь фрагмент рассказа писателя стал частью фильма. «По прямой», кроме того, что просто банален, вышел в ТВ-формате и совершенно затерялся. Да и тема там — зона. Создатели руководствовались лишь желанием развлечь толпу привычным для нее видеорядом и метким словом. Отчего так? Полагаю, что как сам Сергей Донатович не вписывался в окружавшую его действительность, так написанному им тесно в рамках традиционного российского кинематографа, не помещается оно там в том виде как есть.

Казалось бы, Говорухин наконец-то вышел за рамки — показал глазами писателя не замкнутый мир мест заключения, а обычную жизнь обычных советских людей, приложил немалые усилия для создания из разрозненных его воспоминаний о работе в эстонской газете слепок эпохи. Но создал ли? Возможно, свою какую-то легковесную версию, где порхают по жизни, смеясь, все, включая главного героя. Где каждый, кроме одного условно отрицательного персонажа, может позволить себе находиться над событиями, а не в гуще их, словно бы и не живет он там, а так, заглянул, и знает, что скоро уйдет, и на этом все — происходящее его не коснется. Но это точно не мир Довлатова, который понимал, что люди были наполнены той действительностью до макушек, и выбора у них особо не было. Режиссер всматривается в прошлое через ретроспективу архивных новостных кадров, жующих сено добродушных морд коров и стекло изящной хрустальной рюмки с водкой; вслушивается в него сквозь треск печатной машинки, шум старенького настольного вентилятора и дзиньканье дискового телефона; «прощупывает», касаясь фактуры тяжелого письменного стола из натурального дерева, тюлевых занавесок и ситцевых платьев. Кажется, он уловил нечто неуловимое — черно-белые кадры практически безупречны и аутентичны, призваны вызывать ностальгию у помнящих и желание разведать, как там жилось у тех, кто не застал советских времен. Но одного видеоряда мало. Это обрамление, не спорю, прекрасное, но где поступки, где характеры и эмоции персонажей? Лишь череда мало осмысленных действий, за которыми «едва угадывается душа». Вот где-то здесь и пропал Довлатов. Да, его остроты взяты без купюр, но не ожили в фильме. «Кукол дергают за нитки, на лице у них улыбки», но вот в процессе представления не создается впечатление, «что куклы пляшут сами по себе», выходит как-то и не смешно, и не остро, а скучно и натужно.

Все от того, что писателя снова решили пригладить, сделать подходящим под общественное мнение, в этот раз современное. А оно говорит примерно следующее: не все было плохо там, в далеких 60-ых, и люди все понимали, а вовсе не бездумно шли в фарватере линии партии, они готовились к переменам исподволь, в остальное же время были довольны собой и беззаботны. Ой ли? К сожалению, режиссер пошел на поводу нынешних течений и влияний, не совладав с авторским текстом, и основательно подретушировал время, а самое главное тех, кто в нем жил. И не было бы у меня претензий к нему, ведь фильм — самостоятельное художественное произведение и не обязан повторять книгу, если бы Говорухин показал какое-то новое прочтение или преподнес оригинальную идею, возникшую на базе рассказов. Так ведь нет, ничего, кроме разбавленного цитатами субъективного представления о былом. Довлатов же не просто так юморил, каждая новелла его — это компромисс журналиста с собой, именно этого требовали от него опубликованные заметки в газете, одна за другой. В том и заключался посыл всей книги — думающему человеку нельзя было остаться беспечным, живя по правилам того времени, приходилось терять себя. А Говорухин не нашел необходимости для людей ни в каком компромиссе, и здесь кроется принципиальная разница. Его веселый герой лишь слегка погрустнел к финалу, но ни грамма не повзрослел, и не верится в то, что мужчина ощущает конец личной прекрасной эпохи, а уж страна, в версии режиссера, его точно не осознавала. «Трудна дорога от правды к истине» и фильм ее не одолел.
. Черкану пару слов, поделюсь впечатлениями.

Сказать, что я получил большое-пребольшое удовольствие — не сказать ничего. Я не просто хорошо знаю «Компромисс», я прочёл все существующие произведения С. Д., а когда они закончились — все письма от него, письма к нему, воспоминания о нём.

То есть базой, что называется, владею неплохой.

И вот поэтому я испытывал легкое волнение, идя на этот фильм.

1. В первые секунды, когда пошла заставка — я сразу всё понял. И полностью расслабился, зная, что фильм будет точным, тонким, качественным и снятым «на совесть».

2. Рад, что угрюмый, грузный (и, откровенно говоря, малопривлекательный) С. Д. был заменен на вымышленного Говорухиным красавчика Лентулова. Только за это — уже огромное спасибо. Этим решилась (на мой взгляд, нереализуемая) задача по достоверному изображению С. Д., равно как и изображению любого другого широко известного человека. Лентулов крайне гармонично вписался в эту историю, и фильм от этого стал только интереснее, а работа сценариста — достойна высокой похвалы.

3. Что касается остальных героев произведений С. Д. — поражен тем, что образы, сложившиеся у меня в голове, почти на сто процентов соответствуют типажу (и нюансам игры) актеров, исполняющих роли в Конце прекрасной эпохи. Даже когда это — эпизодические роли, которые многие зрители, вероятно, могли и не заметить вовсе. А Турунок, Шаблинский, Жбанков… Марина!.. (Ходченкова! В сотый раз влюбился.) В общем, изумительно.

4. Исключительная точность диалогов и их интонирование отлично сливаются с двумя-тремя «изюминками» Говорухина, легкой рукой добавленными в некоторые сцены.

5. Сумасшедшая передача времени, черно-белая красота советского Таллина — достойны отдельной похвалы.

Едва ли смогу назвать какой-либо иной фильм, который бы оставил настолько приятные впечатления.

Из кинозала вышел по-настоящему счастливым человеком.
. И не потому, что не смешно. Смешно. Просто те, кто знаком с творчеством Довлатова, знают все смешные эпизоды наизусть. Читали. А в кино пришли, чтобы смотреть и слушать. Остальные смеются. Уже хорошо. Значит, Говорухин не зря старался. Они выходят из зала с нескрываемым желанием прочитать первоисточник. И я им немного завидую… Им ещё только предстоит попробовать Довлатова на вкус.

Это потом они будут сравнивать фильм с книгой. Искать совпадения и несоответствия. И находить. Что Жбанков, Шаблинский, Туронок, Эви и другие персонажи — хороши, но лишены многих замечательных реплик. Что режиссёр перенёс события семидесятых в шестидесятые. Что форма (чёрно-белое кино, Волги, Победы, костюмы, музыка и прочий сигаретный дым) зачастую преобладает над содержанием. Что, при всём трепетном отношении Говорухина к первоисточнику, фильму не хватает вкусных довлатовских фраз, его лаконичного языка и тех сочных, ярких, ставших крылатыми, выражений, которые знает каждый, кто хотя бы раз прочитал всё тот же «Компромисс». Что главный герой несколько щеголеват, и потому он, действительно, скорее Питер О`Тул, но никак не Омар Шариф. Что ему не хватает печали, сомнений, мятущейся довлатовской души. И что если в начале фильма очевидно, что прекрасная эпоха — это оттепель, то не совсем понятно в чём, собственно, её конец. В обыске у Ульфсака? Так это конец его эпохи, но никак не всех остальных. Ведь почти всё, что написал Довлатов, он писал уже в эпоху застоя. Это публиковаться он начал в перестройку и за границей. И, при этом, не мыслил себя без читателя, оставшегося на Родине. Что Говорухин добавил фильму немного собственной иронии: фамилия эстонского диссидента — Ульфсак (у Довлатова такого персонажа я не припоминаю), четырёхсоттысячного таллиннского жителя рекомендовано назвать Лембитом. При этом замечательного советского актёра из Эстонии, прекрасно сыгравшего главврача роддома, зовут Лембит Ульфсак. Как он ухмыляется в кадре!.. Браво, мастер!

Это потом, посмотревшие первую приличную экранизацию Довлатова, поймут, что выразить язык такого автора средствами кинематографа чрезвычайно сложно. Почти невозможно. И что Говорухин, взваливший на себя такую ношу и ответственность, не просто смелый, а отчаянный человек! А, значит, этот фильм будут смотреть. Одни — чтобы посмеяться, остальные — чтобы послушать Довлатова в изложении Говорухина. И сравнивать фильм с книгой. Молча. Потому, что кто Довлатова читал — в кинозале не смеётся…
. Не просто атмосфера, но воссозданная реальность с первых кадров картины «Конец прекрасной эпохи» заставляет удивиться: «Как они это восстановили?» Одобряешь красивую Ходченкову. Улыбаешься Добронравову, чей смех давно полюбил. Видишь еще парочку матерых и выдыхаешь — можно смотреть.

И весь фильм так. Вроде вот удачный кадр, да и музыка неплохая. Актеры такие знакомые. И пленка будто старая, советская. И думаешь — ну вот сейчас будет. И ничего не происходит. Вообще. Один автор написал: «Картина ощущается так же легко и непринужденно, как и советские классические комедии». Бравада и вранье.

Непринужденность и легкость — заслуга лишь в том случае, когда есть над чем задуматься. А если нет материала, что должен переваривать зритель? Уткнувшись в экран, в голове пара мыслей — над чем тут думать и когда будет завязка. Говорите, сатира? Отпускать шутки, слизанные с мастерски поставленных картин прошлых лет, — это не сатира, насколько мне известно, в силу бакалаврского образования. Да, и почему не посмеяться над тоталитарным режимом Союза, когда уже никто не накажет?

Советский до мозга костей фильм «Девушка без адреса» отпускает, казалось бы, непозволительные для социалистического строительства шуточки: «А вы знаете, сколько казенного чая эта лишняя станция выпивает?» И что скажете? Такой ноктюрн сыграть смогли бы на флейте водосточных труб, господин режиссер? Ан-нет.

Зачем там нужна была Ходченкова, если: а) он не любил ее, б) не добивался ее, в) она никак на него не повлияла? Но это придирки и демагогия, которую, впрочем, и разводили герои фильма кадр за кадром.

Да, была цензура. Да, была и есть глупые журналистские задания и командировки. Да, вся интеллектуальная жизнь (была) подчинена рупору ЦК партии. Да, русские пили, пьют и будут пить. Только это не новость. Это не остроумно. Это не мыслетворно. Это уже скучно.

Комедия? Из разряда «Горько 1, 2», быть может. Правда, последние картины вызвали у меня гораздо больше эмоций, а, казалось бы, пьют, орут и плачут.

5 из 10
. Ну и пусть, что немного кастинг подкачал. Главреда газеты я бы сделал более раздражительно уставшим. Пусть, что режиссура подкачала. Главреда и мента я бы больше снимал с нестандартных ракурсов, чтобы они выглядели более карикатурно.

Да, юмора мало. Но это только на первый взгляд. Ведь Давлатов писал, находясь на тонкой грани между трезвостью и опьянением — видимо, воспринимать его юмор проще точно в таком же состоянии, находясь на тонкой грани… Я вот делал именно так — и у меня получилось и посмеяться, и расслабиться, и подумать.

Да, концовка смазана, но у Довлатова все концовки такие. Такова «особенность» любых произведений (Чехова можно вспомнить), в которых основное значение придаётся не тому, о чём, а тому — как! Вся прелесть не в финальном ответе на дебютный вопрос, а в процессе его открытия, выраженного лёгким и непринуждённым рассказом.

Фильм технически исполнен довольно устарело — но сделайте скидку на говорухинский возраст! Зато он атмосферный, с соответствующим ритмом, который помогает настроиться на волну непротивления и болотной безмятежности, согласно той эпохе. Правда, атмосферность была бы выразительней, если бы фильм снимал, например, не Говорухин, а, скажем, Гай Ричи!.. Это привнесло бы в фильм необходимую долю сумасшедшенки. Эдакого гротеска, что позволил бы придать происходящему чуть больше абсурдности. И в этом снова недостаток режиссуры, но лично я благодарен Говорухину хотя бы за то, что он открыл для нас Ивана Колесникова — невозможного харизматика и очаровашки с носом, покрасивей даже чем у меня и у Боярского!

Итоговый балл невысокий, но уверенный. Как говорилось в школе: «Твёрдая четвёрка с минусом».

6 из 10
. Невразумительное, блёклое и серое кино — во всех смыслах. Да и какого фильма об «оттепели» можно ждать от запутавшегося в своём верноподданичестве Говорухина? Тут ни оттепели, ни драйва, ни эротики, ни юмора, ни рок-музыки, ни протеста. Просто пьют как дураки — и весь протест тут.

Словно манекены, герои и героини блуждают среди одних и тех же декораций, мерно проговаривая плохо проработанные роли. И ещё одна и та же рок-песенка иногда звучит за кадром. (Видимо, Говорухин поскупился на оплату копирайта.)

О ком этот фильм и о чём? О Довлатове? О фигуре протеста? Или о тяжких судьбах «прогрессивной» интеллигенции в эру «застоя»? Ни один их этих посылов не нашёл своего отражения.

Такое кино может появиться только в нашу с вами эпоху принципиальной беззубости и президентобожничества, ловко маскирующихся под заезженными штампами толерантности и «цивилизационного своеобразия».

Один только результат Говорухиным достигнут — он вогнал зрителя (меня) в хандру. Но не поставленной темой, а бездарностью её освещения. Вот на что может дать деньги Министерство культуры РФ. Вот каким надо быть, господа-товарищи, чтобы выжить на наших унылых просторах.

5 из 10
.